2014 год № 1
H X M

Публикации

Подписаться на публикации

Наши партнеры

2014 год № 1 Печать E-mail


Владимир КОМПАНИЧЕНКО



Навстречу ветру

 

 

В один из весенних дней ко мне в рабочий кабинет буквально ворвался взволнованный Володя Бакетов. Без предисловий он сразу же выпалил: «Давай поплывем на парусном катамаране вдоль побережья Японского моря! Катамаран есть. Мы можем от Владивостока паромом добраться до Славянки, затем собрать катамаран и плыть на нем до Посьета, а оттуда вернуться в Хабаровск поездом. Нам хватит десяти дней. Ветер должен быть попутный, с севера на юг, я смотрел метеосводки».
Я не раз получал предложения поучаствовать летом в путешествиях — из Приамурского Географического общества или просто от знакомых, которые были связаны с каким-либо научным интересом (например, с поиском затерянной в тайге воронки от метеорита или геологических отложений, в которых попадались кости динозавров). Обычно я откладывал ответ до лета, а там собственные научные экспедиции или другие дела часто заставляли отказываться от таких предложений. Но на этот раз я сразу же ответил: «Плывем!» С юности романтика поиска неизведанного переполняла меня. Именно она и привела меня с Южного берега Крыма, где я родился и вырос, на Дальний Восток. А парусные суда в моем представлении были высшим символом романтики дальних странствий, открытия новых островов и континентов. С той поры образ бригантины, стремящейся вдаль, прочно поселился в моем сердце.
Наступает август, приближается начало путешествия. Мы договариваемся, что сначала Володя со своей женой Анжелой и двумя детьми плавает в районе Владивостока, затем я со своей женой Аллой сменяем на катамаране его семью и вместе с ним берем курс на Славянку.
Мы встретились с Володей на берегу моря в пригороде Владивостока, где он уже несколько дней ожидал нас в палатке. Катамаран лежал разобранный в нескольких тюках и сумках. Его путешествие с семьей оказалось коротким. В первый день они поплавали вдоль берега залива, но уже следующий день принес большую неприятность: мачту катамарана повалило ветром. Хотя берег был недалеко и все закончилось благополучно, его жена решила больше не испытывать судьбу и увезла детей обратно в Хабаровск.
Вечером мы электричкой поехали в Институт биологии моря. Там нужно взять разрешение, чтобы проплыть через Морской заповедник, находящийся по маршруту нашего путешествия. Темнело, институт закрыт, и нам пришлось ставить палатки в окружающем его парке. Этот сохранившийся кусочек дальневосточной тайги заботливо обустроен, в нем проложены дорожки и поддерживается порядок.
А сам Институт биологии моря — явление уникальное. Он построен прямо на скалистом берегу моря по проекту, основанному на идее его первого директора академика А. В. Жирмунского. Здание выстроено полукругом. Пройденный путь все время плавно изгибается, а в больших окнах можно увидеть и лес, и морское побережье, и станцию железной дороги вдали.
На следующее утро я зашел в кабинет директора морского заповедника, находящийся в этом же здании. Несмотря на то что я тоже работал в Академии наук, получить разрешение непросто. Для этого нужно обоснование, ведь заповедник — не место для посещения всеми любителями путешествий. К счастью, у руководства заповедника имелся некоторый интерес к геологическим исследованиям в том научном направлении, в котором я работал ранее. Мы договорились, что поездка будет обзорной, и если я заинтересуюсь, то в следующем году можно будет провести серьезные исследования геологии побережья.
До Славянки мы добрались на пароме. Здесь я уже бывал и знаю, куда нужно идти. Но проблема в том, что идти нужно в гору со всеми нашими вещами, включая катамаран. Только поднявшись на нее, можно спуститься с другой стороны поселка к тому песчаному пляжу, который нам нужен. Навьюченные до предела, обливаясь в этот жаркий день потом, мы с трудом поднялись на перевал. Открывающийся вид восхитил нас и придал сил. Впереди — безбрежное синее море, вдалеке зеленеют острова, а прямо под нами — длинная лента белого песка. Исходя из практики геологических экспедиций я знаю, что спуск далеко не всегда легче, чем подъем. Но сейчас мы так быстро спускаемся к морю, что даже не успеваем осознать, насколько тяжел наш груз. Здесь — отправной пункт нашего плавания.
На берегу множество палаток. Многие приезжают на машинах и даже на автобусах, которые стоят здесь же. Есть и отгороженный участок, где расположены домики турбазы, они тоже заполнены.
Сегодня мы не поплывем, поскольку сборка катамарана требует длительного времени. Этим занимается Володя, а мы с Аллой устанавливаем палатки и готовим еду. Между тем от окружающих узнаем неприятную новость — побережье к югу от Славянки закрыто, так как послезавтра в этом районе начинаются военно-морские учения. Действительно, военные корабли виднеются далеко в море.
К вечеру катамаран собран. Наконец-то я могу разглядеть то, на чем собрался плыть. На двух четырехметровых резиновых баллонах укреплена платформа, рассчитанная на четырех человек с необходимым для плавания грузом. Высокая для такого судна мачта, два треугольных паруса — грот и стаксель. Грот, основной парус, расположен сзади мачты. Его можно поворачивать и фиксировать в левом или правом положении, в зависимости от направления ветра. Узкий стаксель спускается вдоль мачты в носовой части катамарана. Этот парус подвижный, при слабом ветре им можно ловить его порывы, помогая движению судна. Руль находится на корме, но управляет судном рулевой, сидящий впереди. По бортам расположены два боковых руля — шверты. Опущенные в воду, они обеспечивают устойчивый курс катамарана, когда он идет галсами. При смене галса, пока грот перемещается и закрепляется с другой стороны судна, они временно переводятся в надводное положение.
Решаем, что делать дальше. Вариантов два: либо переждать учения на пляже, либо сделать это на острове Антипенко, который расположен километрах в четырех от побережья. Выбрали второй вариант — так хотелось начать плавание. Остров Антипенко мне знаком: несколько лет назад я отдыхал на нем. Тогда на острове был филиал местной турбазы, которая устанавливала там палатки и переправляла в это место желающих отдохнуть вдали от цивилизации. Со временем филиал был закрыт, поскольку при длительном отсутствии дождей на острове пропадала пригодная для питья вода.
Утро следующего дня. Мы спустили катамаран на воду, погрузили вещи. Для Аллы и для меня это первый выход на парусном судне в море, для Володи — третий. Он увлекся идеей плавания на катамаране прошлым летом, за зиму приобрел его и основательно изучил теорию управления. Но весь его опыт — полтора дня плавания со своей семьей. Он, как капитан, располагается на носу судна, а мы, матросы, устраиваемся позади мачты у бортов. Главная наша задача — по команде капитана приподнимать шверты и менять положение грот-паруса, когда катамаран идет галсами.
Немного отгребли веслами от берега и подняли паруса. Ветер подхватил нас, и остров Антипенко начал приближаться. Никогда не забуду восхитительного чувства, охватившего меня в первые минуты плавания под парусами! За кормой слышен легкий и приятный шелест воды, разрезаемой погруженными рулями. Катамаран движется быстро, но при этом нет обычного в таких случаях рева мотора. Как, впрочем, нет и безмолвия спускающейся по течению реки резиновой лодки.
Остров уже как на ладони, до него несколько сотен метров. Хорошо виден галечный пляж и несколько палаток, из которых выходят робинзоны и наблюдают за нашим приближением. Но тут при прежнем направлении ветра нас неожиданно начинает сносить вправо. Мы попадаем в сильное течение между островами Антипенко и Сибирякова, которое несет нас в открытое море. Пока мы думали, что делать, такой желанный пляж стал удаляться.
Надо менять галс. Подняли шверты, перебросили грот на другой борт, и ветер надул парус уже справа. Начинаем движение в обратном направлении, но при этом вынужденно плывем вдоль берега, не приближаясь к нему. Проплываем вдоль пляжа и оставляем его за кормой. Опять меняем галс и возвращаемся, но — на прежнем расстоянии от берега. Никак не удается приблизиться к нему! Несколько раз меняем галсы, курсируя вдоль берега с прежним результатом.
Наконец начинаем осознавать свои ошибки и обретать первый опыт в искусстве управления парусным судном. Во-первых, мы с Аллой медленно и не очень синхронно работаем со швертами и гротом, за время смены галса судно сильно сбивается с нужного курса. Во-вторых, Володя мало маневрирует стакселем и подвижным рулем, чтобы выправить курс. Начали исправлять ошибки, и берег мало-помалу начал приближаться. Еще немного, и мы в тихой полуоткрытой бухточке, где уже можно спустить паруса и взяться за весла. Вскоре резиновые баллоны нашего катамарана коснулись гальки, и нас радушно встретили местные аборигены, впрочем, такие же временные жители острова, какими становимся и мы. Они помогли нам вытащить катамаран на достаточно крутой галечный склон.
Поставили палатки на границе пляжа и леса, метрах в десяти от воды. Я люблю так останавливаться на побережье — недалеко от линии прибоя. Иногда это может быть опасно. Однажды, во время геологических исследований прибрежной зоны, начался шторм и ураганный ветер с дождем, и нам пришлось переносить палатки подальше от моря. Но при обычной погоде неумолчный днем и ночью рокот прибоя прекрасно расслабляет, снимая накопившуюся в городской жизни усталость. А может быть, это еще и личное пристрастие — ведь я вырос у моря, а на Дальнем Востоке бываю на побережье нечасто.
Я знакомлю своих спутников с островом. Он гористый и залесенный, исследовать его интересно. Остров можно обойти за четыре-пять часов, при этом вдоль линии берега чередуются нагромождения камней, скалистые мысы и небольшие галечные пляжи. На противоположной от нас стороне острова, в труднодоступном месте, находится птичий базар. Лес очень разнообразный и красивый, встречаются редкие эндемичные виды деревьев и грибные полянки. В лес приходится углубляться регулярно для сбора дров, поскольку весь сухостой вблизи лагеря вырублен.
Начались военно-морские учения, и мы получили компенсацию за потерянное время в виде бесплатного и впечатляющего зрелища. С нашего места весь театр учений виден как на ладони. В нескольких километрах к югу от нас длинной лентой выдается в море полуостров Клерка. Это — традиционное место учений. Утром прилетели вертолеты и начали барражировать в районе полуострова. Подтягиваются к нему и корабли. Нарастает грохот пушечных выстрелов, показываются и самолеты. Что происходит на самом полуострове, можно только догадываться. Вот большой корабль приближается вплотную к берегу — очевидно, высаживается десант. Все стихает только к вечеру.
Следующий день. Катамаран уже на плаву, мы поднимаем паруса. Аборигены машут нам на прощанье. Мы отплываем. Теперь наш путь — к тому самому полуострову Клерка, где проходили учения. Ветер встречный, мы идем галсами, и достаточно быстро. Несмотря на небольшое волнение моря, наше судно прекрасно держится на плаву. Его надежность помогает нам обрести психологическую устойчивость и уверенность в своих силах. Ощущение некоторой тревожности и неуверенности, бывшее в первый день нашего плавания, исчезает.
Доплываем до полуострова и поворачиваем вдоль него в сторону открытого моря. Приближается следующий экзамен для начинающих мореходов: чтобы плыть дальше на юг, нужно обогнуть мыс, которым оканчивается полуостров. Как только мы достигаем края мыса, нас встречает резкий ветер, волнение моря усиливается. В этих условиях нужно проплыть вдоль кромки мыса, сквозь многочисленные нагромождения камней; только затем мы сможем обогнуть полуостров и повернуть к материковому берегу.
Вот перед нами вырастает первая гряда камней, начинающаяся прямо от береговой скалы и уходящая далеко в море. В ней есть небольшой просвет, буквально несколько десятков метров, куда мы и направляем наше судно. Ветер встречный, слева и справа от нас камни, окруженные пеной от разбивающихся волн. Ситуация заставляет нас мобилизоваться, нервы напряжены до предела. Поминутно приходится менять галсы, с каждым разом делаем это все более быстро и слаженно. Продвигаемся вперед, но очень медленно. Ветер хоть и надувает паруса, помогая нашему движению, но при этом и сильно сносит судно назад. Галс за галсом, мы постепенно «ввинчиваемся» в этот проход и плывем дальше.
Появляются новые россыпи камней, которые теснят нас к обрывистому берегу. До противоположного края мыса оставалось совсем немного, когда наш катамаран оказался в узком просвете между берегом и камнями. Хотя волны и достигали нас ослабленными, разбиваясь о многочисленные препятствия, но в любой момент они могли бросить наш раскачивающийся на волнах катамаран на скалы. Места для маневра парусами совсем нет, мы беремся за весла. Удается чуть-чуть продвинуться вперед.
Вскоре замечаем, что под ногами на небольшой глубине — ровное плато, покрытое водорослями и кое-где морскими ежами. Мы с Володей в обуви прыгаем в воду, она нам по пояс. Можно осторожно идти и вести за собой катамаран, так будет надежней. Над нами нависает скала, которая предохраняет нас от ветра. Поворачиваем за нее, и… все напряжение сразу спадает. Справа от нас показывается пологий берег полуострова Клерка, протягивающийся на несколько километров и соединяющийся с материком. Слева видим небольшой уютный остров, сразу вызвавший желание ступить на него. Далеко впереди, уже на материке, виден протяженный песчаный пляж, усеянный палатками. Это — поселок Рязановка. Нас охватывает восторг и от открывшегося вида, и от ощущения простора после извилистого плавания между каменными глыбами. Подплываем к острову и осматриваем его, а затем причаливаем к полуострову Клерка.
День начинает клониться к вечеру, мы готовим на костре еду и идем осматривать местность. Здесь тишина, ни одной души, как будто и не было на нем вчера канонады и множества людей. Нет никаких воронок, только местами складированы различные материалы, которые, видимо, используются во время учений. Местность живописная, светлые рощи чередуются с широкими открытыми пространствами. Доходим до крайней оконечности полуострова, под которой мы совсем недавно проплывали. По вершине утеса пробегает ветер, поднимая волнение окружающего нас разнотравья. Мы наслаждаемся видом бескрайнего моря и рокотом набегающих на камни валов у нас под ногами.
Решаем, что делать дальше. Можно остаться на ночлег здесь, но можно и успеть доплыть до Рязановки и заночевать на пляже. Есть большое желание плыть, но неясно, каким курсом? По технике безопасности, наш катамаран предназначен для плавания на расстоянии не более одного километра от берега. Напрямую до Рязановки несколько километров, но если плыть в соответствии с правилами безопасности вдоль береговой линии далеко уходящего в сушу обширного залива, то расстояние будет намного больше.
Приходим к общему мнению: рискнем! Берем курс на поселок. Чем дальше отплываем от берега, тем сильнее становится боковой ветер. Идем галсами. Волнение моря находится на грани небольшого шторма. С детства знаю, что такие волны можно оценить в два-три балла. Ближе к середине открытого залива ветер еще больше усиливается, надеемся, что Володя закрепил мачту лучше, чем во время путешествия с семьей под Владивостоком.
Вскоре обнаружилась серьезная проблема. Выдерживая направление на Рязановку, мы двигались вдоль линии волн. Но встречать высокую волну бортом опасно, она вместе с сильным порывом ветра может перевернуть катамаран. Меняем курс и идем под углом к волнам. Судно легко взлетает на гребни волн и держится более устойчиво, но при этом Рязановка начинает оставаться в стороне. Что делать? Под свист ветра мы чувствуем себя песчинкой, несущейся в хороводе водяных валов. В такие моменты наивысшего напряжения мысли и чувства обостряются и верное решение всплывает в сознании гораздо быстрее. Мы замечаем, что высокие волны идут не так уж часто. И сразу перестраиваемся: плывем прямо на поселок, пока волнение позволяет это делать, и разворачиваемся навстречу высоким волнам, пропуская их под собой. И опять вперед, прямо к заветному берегу!
Пляж уже совсем близко. Много любопытных голов показывается из палаток. Все-таки для скучноватой пляжной жизни такие гости — это событие. Выбираем свободное место, где можно поставить палатку, и причаливаем. Всё, теперь даже рыхлый песок под ногами ощущается нами как твердая и надежная земля. Тут же сбегаются дети, рассматривая наше судно и нас со всех сторон.
— А я вас заметила, когда вы были еще далеко-далеко! — говорит девочка лет десяти. — Ваш парус был еще как маленький треугольник.

Плывем дальше на юг. Ветер опять встречный, но умеренный, идти галсами без проблем. Мимо проплывают красивейшие пейзажи. Окаймленные лесом скалы сменяются дикими галечными пляжами, за которыми опять следуют выступающие в море крутые утесы. Неожиданно ветер резко меняет направление, его сильный порыв наклоняет мачту и разворачивает катамаран в противоположную сторону. Мы делаем по морю полукруг и возвращаемся на прежний курс, но на том же месте судно опять отбрасывает назад. В чем причина, совершенно неясно. Но, присмотревшись внимательно к побережью, понимаем, что дело в «трубе». Прямо напротив нас находится узкий просвет между горами, оттуда и дует сильный боковой ветер. Следуют еще две безуспешные попытки пройти «трубу», и только с третьей, скорректировав конфигурацию парусов, мы буквально продираемся дальше.
На ночлег остановились на краю пляжа, с другой стороны которого строится коттедж — очевидно, будущая база отдыха. Выгружаем вещи и относим катамаран подальше от воды. Вскоре палатки поставлены, зажжен костер, из котелка идет ароматный запах.
Временами начинается небольшой дождь, кстати, единственный за все дни нашего путешествия. Приходится спасать костер, натягивая над ним тент. Ужин заканчивается, когда становится совсем темно. Но все равно, идти спать не хочется, слишком много впечатлений за день. Сидим, беседуем и смотрим на огонь. Каждый, кто сидел вечером у костра, знает, что смотреть на него можно бесконечно долго, особенно на берегу моря под равномерный шум прибоя.
Наступило утро, и после завтрака — снова вперед. Мы приближаемся к морскому заповеднику. Еще и раньше, двигаясь на юг, мы замечали, что людей на берегу становится все меньше. А сейчас, в непосредственной близости от него, уже практически полное безлюдье.
Солнце начинает клониться к закату, когда показывается первый кордон, находящийся прямо на границе заповедника. Причаливаем к берегу. Нас встречают собачий лай, впрочем вполне добродушный, и удивленный работник заповедника. Он проверяет наше разрешение — все в порядке. Оказывается, мы первые посетители кордона за последний месяц.
Обсуждаем план дальнейшего плавания. У нас осталось еще два дня, потом нужно возвращаться в город. Из-за военных учений и постоянного встречного ветра мы уже никак не успеваем в Посьет, где есть станция железной дороги. Решаем переночевать недалеко от кордона, а затем плыть обратно в Рязановку, где тоже есть железнодорожная станция.
Но прежде нам хочется взглянуть на первую из четырех бухт заповедника, до которой можно дойти пешком. Мы бодро идем в гору вдоль берегового обрыва, с удовольствием разминая затекшие от долгого сидения в катамаране ноги. Вскоре сверху открывается изумительный вид на бухту, клином протягивающуюся вглубь материка. В бухте синяя-синяя вода, она кажется еще синее, чем в море. Даже с высокой береговой скалы видно, насколько она прозрачна. Стоим среди сосен и любуемся бухтой, уходить не хочется.
Опять выходим в море и немного отплываем от кордона, выбирая место для ночлега. Но времени на поиски нет, уже смеркается. Решаем остановиться у ложбины в безлесой холмистой местности. До берега, от которого дует сильный ветер, метров пятьсот. Мы уже не обращаем на ветер большого внимания, просто меняем галсы, подставляя ему то один борт катамарана, то другой. Так продолжается с полчаса. Наконец мы осознаем, что за это время совсем не приблизились к берегу. Ветер так силен, что насколько мы продвигаемся к берегу за счет маневра парусами, настолько же он сносит нас обратно в сторону моря. Наши трудности, а с ними и обретение опыта, продолжаются! Еще с четверть часа мы по инерции перебрасываем грот с борта на борт и лавируем стакселем, но безрезультатно. Но верное решение в конце концов приходит и на этот раз: мы просто спускаем паруса и беремся за весла. Ушло немало времени и затрачено много физических усилий, прежде чем мы достигли берега. Дорогу нам освещала яркая луна.
Наступил последний день нашего путешествия. Идем обратно на север, ветер наконец-то попутный. Светит солнце, слева от нас проплывают уже знакомые берега. Точнее, они пролетают — настолько быстро движется катамаран. Нет никакого напряжения, нет необходимости менять галсы. Просто сидим и любуемся постоянно меняющимся видом побережья. Впервые я сажусь за руль и превращаюсь из матроса в капитана. Управлять катамараном сейчас легко — достаточно поворачивать руль то чуть влево, то чуть вправо. Вскоре показался многолюдный пляж Рязановки, где мы вновь причалили. Еще день проведем здесь, а завтра — на поезд и домой в Хабаровск.

Эпилог. Вспоминая позже это путешествие, я каждый раз невольно сравнивал его два неравных периода: когда нам приходилось идти против ветра, и когда он подталкивал нас. Последний был, несомненно, комфортен, мы чувствовали себя легко и спокойно, даже расслабленно. Было приятное ощущение высокой скорости, отсутствие проблем в управлении судном позволяло нам в большей степени наслаждаться окружающей природой. Но за это время мы ничему и не научились. Весь наш опыт, вся приобретенная сноровка и мобилизовавшиеся волевые качества появились тогда, когда нам было трудно. Было действительно трудно преодолевать силу встречного ветра и неожиданно возникавшие новые обстоятельства. Но это преодоление, наверное, и есть жизнь.

 

Архив номеров

Новости Дальнего Востока