2011 год № 1
H X M

Публикации

Подписаться на публикации

Наши партнеры

2011 год № 1 Печать E-mail

Пресса ГУЛАГа

В 2009 году факультет журналистики Московского университета имени М. В. Ломоносова выпустил в свет немало учебной, публицистической и исторической литературы. Одна из книг, на наш взгляд, имеет непосредственное отношение и к Дальнему Востоку. Это «Пресса ГУЛАГа. Списки Е. П. Пешковой». Автор книги — Алла Юрьевна Горчева*, кандидат филологических наук, доцент факультета журналистики МГУ, автор нескольких учебных пособий и монографий.
Книга фактически состоит из трех самостоятельных разделов. Первый включает шесть глав историко-публицистического текста, в которых автор раскрывает самую трагическую историю советской журналистики — прессу Главного управления лагерей для заключенных. Работа А. Ю. Горчевой — это глубокое историческое исследование с большим количеством примеров и ссылок.
Первая глава — «Становление советской тотальной цензуры» — раскрывает истоки российской цензуры вообще. Зародилась она задолго до Октябрьской революции. Например, с 1866 года цензуре подвергались даже «либретто и тексты, используемые для городских и народных гуляний». «Возникновение» классовой борьбы после Октябрьской революции 1917 года привело к резкому увеличению следователей и заключенных. В 1922 году Декретом Совета народных комиссаров РСФСР был образован Главлит — Главное управление по делам литературы и издательств, которое и осуществляло цензурные функции во всех сферах жизнедеятельности общества. Первым начальником Главлита стал литератор и критик П. И. Лебедев-Полянский. Он активно взялся за порученное ему дело и уже в первый год «выдал на гора» десять циркуляров, среди которых и такие: «О существовании разных видов цензуры», «О зараженности хлеба вредителями», «О выдаче части зарплаты облигациями» и другие. Количество циркуляров росло от года к году — в 1926 году их было уже тридцать восемь.
Вторая глава книги А. Ю. Горчевой — «Тюремная пресса Советской России (1918–1927)» — весьма богата фактическим материалом. Впервые в ней упомянут Дальний Восток: нарком юстиции РСФСР Н. М. Янсон озаботился снабжением Северного Сахалина рабочей силой. Заметим, что японская концессия на нефть (Кита Карафуто Секио Кабусики Кайса) имела право нанимать советских рабочих в нефтеносных районах страны для работы на концессии. Важный документ для будущих лагерей на Дальнем Востоке был принят ГУМЗ (Государственное управление местами заключения) в августе 1927 года «О порядке издания печатных газет и журналов в исправительно-трудовых учреждениях РСФСР».
Следует особо отметить основной агитационный посыл создания лагерной прессы: перевоспитание заключенного, изжитие у него «буржуазных привычек и наклонностей». Любопытное стихотворение одного из заключенных того времени приводит А. Ю. Горчева:

Тюрьма — рассадник просвещенья,
В ней человек сидит, не зверь.
К труду в нем жадное стремленье,
Для знанья в ней открыта дверь.


Лагерная пресса, по мысли гулаговского начальства, должна была прежде всего «широко освещать стахановское движение среди заключенных». Многие советские писатели (М. Горький, В. Шкловский и другие) с восторгом писали о результатах перевоспитании заключенных, об их буквально счастливой жизни в лагерях. И если человек доживал до выхода на свободу, то выходить он должен был, став настоящим советским человеком, вполне сознательным строителем коммунизма в отдельно взятой стране.
Среди тех, кого лагерь ГУЛАГа действительно «перевоспитал», назову двух сидельцев БАМлага в г. Свободном Амурской области: талантливый поэт Сергей Петрович Федотов и писатель Василий Николаевич Ажаев. Лично меня откровенно поражает судьба Ажаева. Его арестовали, когда ему было всего девятнадцать лет, никакого образования он получить просто не успел. И вот, сидя в лагере, он активно мечтает стать советским писателем. И ведь стал! И даже лауреатом Сталинской премии и членом секретариата Союза писателей СССР.
Наиболее насыщена сведениями о лагерях и лагерной прессе Дальнего Востока четвертая глава книги А. Ю. Горчевой — «Лагерная пресса (1935–1955)». В Библиографии Дальневосточного региона названы двадцать четыре газеты, издававшиеся в лагерях от Приморья до Чукотки, один журнал и один бюллетень. В Библиографии лагерных изданий двадцатых годов приведены два хабаровских издания: газета «Узник» и журнал с прекрасным названием «Думы за решеткой».
Крайне тяжелое впечатление оставляет содержание главы «Издания детских лагерей ОГПУ, НКВД, ГУЛАГа». Алла Юрьевна начинает с истории тюремного сиротства с дореволюционных времен. Еще в 1819 году образован «Дамский комитет попечительный о тюрьмах». В 1895 году был открыт исправительно-воспитательный приют для несовершеннолетних преступниц. Но уже до этого в России существовало двадцать одно исправительное заведение для мальчиков.
В результате Первой мировой войны и особенно после Октябрьской революции число детей сирот, детей беспризорников перевалило за десять миллионов человек. Это была вынужденно крайне криминогенная среда. За решение проблемы взялись правоохранительные органы: ОГПУ создал трудовые дома (коммуны) для детей в возрасте от четырнадцати до шестнадцати лет и отдельно — для более старшего возраста. С 1935 года все колонии и приемники-распределители были переданы НКВД, который накопил к этому времени немалый опыт по изоляции больших масс населения.
В 1943 году создано самостоятельное подразделение НКВД — Отдел детских колоний. К 1944 году их насчитывалось уже сто двадцать девять и, по мнению А. Ю. Горчевой, доход от производимой в этих колониях продукции составлял миллиарды рублей. Таким образом, если попытки решить проблему беспризорности в двадцатые годы упиралась в нехватку средств, то новая организация даже стала давать прибыль. То есть появилась заинтересованность — страшно сказать — в увеличении контингента детей-заключенных. Так, за время войны через приемники-распределители прошло более двух миллионов детей. Сроки наказания за малейшую провинность росли и порой достигали двадцати пяти лет. Однако, как отмечал в докладной записке на имя секретаря ЦК КПСС Н. Хрущева начальник ГУЛАГа И. Долгих, большая часть детей никакие не преступники, а жертвы.
Во многих коммунах (а может быть, и во всех) издавались газеты и журналы. Большая часть их не сохранилась, тем не менее А. Ю. Горчева смогла отыскать сведения о двадцати восьми газетах и четырех журналах, выходивших в детских колониях.
Библиографические списки лагерной прессы составили второй раздел книги А. Ю. Горчевой, их шесть:
Библиография лагерной прессы (1918–1935) — 220 наименований.
Библиография прессы великих строек коммунизма — 31.
Библиография лагерной прессы (1935–1955) — 137.
Библиография прессы детских лагерей ОГПУ, НКВД, ГУЛАГа — 32.
Библиография руководящих изданий ОГПУ, НКВД — 39.
Библиография прессы для личного состава ВОХР (1930–1955) — 28.
Таким образом, А. Ю. Горчева восстановила 420 наименований газет и журналов, издававшихся специально для заключенных в лагерях ГУЛАГа. Ясное дело, что это далеко не все издания, ибо и лагерей, и, соответственно, лагерных изданий было гораздо больше.
Третий раздел книги А. Ю. Горчевой назван «Списки Е. П. Пешковой». Екатерина Павловна Пешкова — это первая жена пролетарского писателя Максима Горького. Общественной и благотворительной деятельностью она занималась с юных лет. В 1922 году Пешкова организовала фонд «Помощь политическим заключенным», который просуществовал до середины 1939 года. После разгрома его богатейший архив стал недоступен для исследователей.
Определенное время Екатерина Павловна имела доступ в различные тюрьмы. Оказывая ту или иную помощь заключенным, она заносила в свои списки их имена, места заключения, статьи, по которым они осуждены, сроки. Вот часть списка, который она составила после посещения Бутырки в декабре 1931 года: М. А. Лакомская, С. О. Цедербаум, Г. Д. Каценеленбоген, Г. И. Николаевский, Н. И. Вавилов, А. В. и С. В. Чаяновы, М. К. Спиридонова и другие. В списках Е. П. Пешковой есть и анархисты, и служители церкви, и участники Белого движения и многие, многие другие. Невероятно большому числу политических заключенных она оказывала через фонд «Помощь политическим заключенным» материальную помощь продуктами питания и одеждой. Следует отметить, что Максим Горький при жизни постоянно оказывал материальную помощь фонду, хотя развелся с Екатериной Павловной еще в 1904 году.
Архив Е. П. Пешковой представляет собой огромную историческую ценность и теперь доступен для исследователей.
Работа А. Ю. Горчевой несет определенный налет публицистичности, тем не менее она является глубоко научной работой, что отметил в предисловии профессор Я. Н. Засурский. Именно поэтому отсутствие именного указателя следует, на мой взгляд, рассматривать как существенный недостаток.

Виктор РЕМИЗОВСКИЙ

 


* Горчева, А.Ю. Пресса ГУЛАГа. Списки Е.П. Пешковой / А.Ю. Горчева. — М. : Изд-во Моск. ун-та, 2009. — 224 с. : ил.

 

Архив номеров

Новости Дальнего Востока